|
В последнее время все больше и больше рождается молодых коллективов с модной приставкой "фолк". "Фолкерам" стало проще попасть на сцену, чем раньше, но значительно сложнее стало заявить о себе. Да и как заметить новую интересную группу, когда их теперь так много?
Хотелось бы познакомить наших читателей с коллективом, которому всего полгода, но который, как мне кажется, имеет хороший творческий потенциал. Это питерская группа "Пангур Бан", исполняющая авторские песни на русском языке, - песни на мифологические сюжеты - ирландские, валлийские, английские, скандинавские, индейские и собственные.
Мы попросили Дайрин (Дарью Миронову), автора песен и вокалистку группы, коротко рассказать о своем проекте.
Коллектив: «Пангур Бан» или «Позовите вы лучше Ворону!..» (Санкт-Петербург)
Состав коллектива:
Константин Б. – флейты, соло-гитара, мандолина
Дмитрий Савицкий – акустическая гитара
Леонид Тихонравов – бас
Дайрин (Дарья Миронова) – вокал, тамбурин, варган, флейты
Юлия Бондаренко – скрипка
Тур (Дмитрий Сидоркевич) – перкуссия
Концепция/ стиль или «Что это за народное творчество?..»
Продолжая уже сложившуюся традицию именовать фолковыми коллективы, исполняющие авторские, по сути, песни, но имеющие в своем составе хотя бы легкую долю этники, «Пангур Бан» можно назвать и фолк-группой. Однако, не будем торопиться с выводами. Как кажется самим участникам группы, точное определение для этого музыкального направления еще не изобретено, но, несомненно, ждет своего часа.
Фолковость «Пангур Бан» подчас сводится к фольклорной специфике текстов, либо же к использованию народных мелодий в чистом виде – в основном, индейских. Большинство же песен по мелодии и исполнению трудно назвать даже стилизацией под что-либо «народное». Под наши песни невозможно танцевать джигу или краковяк, тексты мы используем исключительно авторские. Как-то повелось у нас именовать это фолком, но причислять себя ни к авторскому фолку, ни к фолк-року, ни к арт-фолку не хочется.
Стремительная гибель устной традиции в ее исторически принятом представлении заставляет одних устремляться в фольклорные экспедиции или же обрабатывать крупицы уже чудом собранного материала. Для нас же одним из способов «возрождения» устной традиции стало написание текстов песен на эпические и фольклорные сюжеты разных народов. Это не пересказ легенды, это скорее аллюзия на нее. Причем увиденная глазами человека со вполне современной психологией. Наши песни – это, прежде всего, лицедейство. Но как нам кажется, именно такой подход является одним из эффективных способов возрождения устной традиции как культурного явления. Ведь фольклорный текст можно назвать живой частью устной традиции лишь тогда, когда он живет «в устах». Возможно, в наших устах отголоски и интерпретации скелл, составляющих ирландский эпос, разрозненные элементы скандинавской мифологии, тюркские сказки, обрывки легенд индейцев Южной Америки обретут новую жизнь.
Поэтому, какой бы дерзкой ни показалась наша попытка, мы попробуем дать тому музыкальному направлению, которое мы «исповедуем», достаточно заумное, но, как нам кажется, верно передающее суть, название – oral tradition music, или, раз уж к понятию «фолк» так привыкла большая часть общественности, oral tradition folk.
Биография коллектива или «Какое такое житие твое?!..»
Историю создания группы (была бы история – существуем-то по факту пока всего полгода) следовало бы, по большому счету, начинать с того момента, когда песни Дайрин – тогда еще нежного шестнадцатилетнего существа по имени Даша Ворона – впервые «увидели свет», а, иными словами, были исполнены для кого-то и кому-то. Это знаменательное событие произошло осенью 2000 года, когда Дайрин стала частым гостем в одном из игровых клубов Питера. Пожалуй, именно тогда в голове Дайрин возникла идея о создании когда-нибудь, в далеком будущем, группы, которая бы играла ее песни. Главных стимулов это сделать было три: желание услышать, как зазвучат песни Дайрин в исполнении «настоящих музыкантов», боязнь того, что, в противном случае, они «сгинут в небытие вместе с автором», и, наконец, давнишняя мечта Дайрин просто петь в каком-либо фолковом коллективе. В те годы ее плеер не покидали кассеты с записями «Silly Wizard», Алана Стивелла, Лорены МакКеннитт, боливийцев «Purimuy» и эквадорцев «Winiyapa», а настольными книгами были «Западноевропейский эпос», «Мифы и легенды Древней Ирландии», книги Елизаветы Дворецкой, а также «Сказки Британских островов». Из этого набора, пожалуй, и рождался приблизительный облик будущей группы.
Процесс накопления наглости и смелости для того, чтобы начать поиски музыкантов, растянулся на долгие четыре года. А в сентябре 2004 Дайрин, по непостижимому стечению обстоятельств, пригласила занять должность вокалиста некая неоперившаяся и весьма задиристая команда, игравшая что-то среднее между альтернативой и металлом. Впрочем, этот период певческой деятельности Дайрин не растянулся надолго – спустя несколько месяцев группа распалась, зато в несуществующей еще ее собственной команде появился первый музыкант – басист распавшихся металлистов Лёня Тихонравов, по прозвищу Лёнивец. Ничего похожего на то, что пела Дайрин, Леня доселе не слышал, но загорелся идеей играть призрачный «фолк», сочетая его с родной альтернативой.
Маленькая, но очень упорная группочка без названия и представления о том, что же должно получиться в итоге, продолжила поиски. В первую очередь они увенчались приобретением массы новых интересных знакомых – таких, как Лариса Степанова, Анатолий Панов, группа «78-ое небо», группа «In Vitro», группа «Alienation» и др.. К марту 2005 года усилиями разных сторон сформировался первый состав группы, получившей название «Пангур Бан». Когда схлынули первые муки творческого самоопределения, в группе осталось четверо – басист Леня Тихонравов, флейтист Костя Булахтин, гитарист Дима Савицкий и Даша Миронова, ака Дайрин, продолжающая активно писать новые песни и учиться петь в «фолковой» команде.
Датой сценического рождения «Пангур Бан» можно считать концерт 11 сентября 2005 года в «Арктике», когда их дебютное выступление предварило выход таких фолковых «динозавров», как «Ad Libitum» и «Celtic City Experience».
Совсем недавно к нашим репетициям подключилась замечательная скрипачка Юля Бондаренко, а верный друг Дайрин, Тур Лейонсон, известный также как Дима Сидоркевич, пробует себя в группе в качестве перкуссиониста и «министра-администратора».
Интересы и образы у нас очень разные и во многом несовпадающие – Дима Савицкий, он же Белый Пангур, увлекается культурой Японии в целом и японской анимацией в частности. Леня до недавнего времени параллельно играл в альтернативной команде «ЭтоМы», и вся его жизнь по большому счету повторяет очертания электрического баса, в то время как сам он – очертания незабвенного ленивца Сида из «Ледникового периода». Костя Булахтин серьезно увлечен «чистым» кельтским и скандинавским фолком, и рот в основном раскрывает для того, чтобы вставить в него флейту. Юля, искусствовед-кельтолог, играет русский рок. Даша колесит по Приазовью с лингвистическими экспедициями, занимается ирландскими танцами и бредит парашютным спортом. Тур – реконструктор, в круг его интересов входит все, от древней Скандинавии и Дикого Запада до Наполеоновской армии. Трудно сказать, что же из вышеперечисленного нас объединяет. Возможно именно оно самое и объединяет – игра в группе под названием «Пангур Бан»
«Котенок с улицы Лизюкова» или к вопросу о названии:
Группа получила название «Пангур Бан» вне всякой связи с панами, паненками, вокзалами каких бы то ни было свойств, и, более того, не имеет ничего общего со словосочетанием «Punk-urban». Белый кот по кличке Пангур (ban – ирл. «белый») – персонаж стихотворения, написанного ирландским монахом на полях грамматического трактата в IX веке:
Messe ocus Pangur ban
Cechtar nathar fria siandan
Bith a menma-sam fri seilgg
Mu menma cein im saincheirdd...
Белый монастырский кот в строках этой забавной маргиналии предстает существом, охраняющим книги от посягательства мышей, в то время как его хозяин, корпящий дни и ночи в скриптории, охраняет их от посягательства невежд и не дает их поглотить беспощадному времени. Возможно, тот, кто написал эти строки, прикладывал руку и к одному из вариантов «Похищения быка из Куальнге», или, скажем, к «Книге захватов Ирландии». Сама мысль об этом не может не захватывать. Кроме того, нам хочется верить, что с помощью наших песен на мифологические сюжеты эти застывшие навек фрагменты устной традиции «вырываются из небытия», так как у живущих вновь появляется возможность воспринимать их в первоначальной форме – форме устного рассказа или песни, претерпевающей каждый раз преобразования в устах исполнителя. Разумеется, ирландским эпосом в нашем случае дело не ограничилось, но кот Пангур остается для нас существом во всех отношениях приятным. А специфический «мяукающий» вокал Дайрин, по свидетельству некоторых очевидцев, и без того вполне оправдывает связь группы с кошками
Аудио:
Дайрин, спасибо Вам за рассказ о группе, и за то, что сразу предвосхитили некоторое количество стандартных вопросов к молодому «фолк» коллективу.
Признаться, услышав название Вашей группы, ожидала увидеть очередную группу, исполняющую ирландскую музыку (маргиналию про Белого Пангура я в свое время читала, «панковская интерпретация» очень позабавила, неужели и вправду Вас кто-то так назвал?!). Вы же приятно удивили! Вам не откажешь в смелости: вы смешиваете в своих песнях разные культуры, от пресловутых ирландцев до индейцев, и честно признаете, что это не реконструкция, а авторское творчество, и при этом называете всю эту жгучую смесь фолком. Такое впечатление, что сейчас такая эклектика – довольно заметная тенденция на нашей сцене. А как вы сами считаете? Могли бы вы назвать своих коллег, которые играют именно такой «фолк», «фолк» в том смысле, что его употребляете Вы?
То, что подобная эклектика получает в наши дни название «фолк» - как уже говорилось, скорее, проблема несовершенства терминологии, нежели несовершенства жанра. Термин «фолк» сейчас, с позволения сказать, моден, он на гребне волны в той среде, где когда-то главенствовал рок. Сейчас уже, видимо, не так важна этимология, гораздо важнее то ожидание, тот набор характеристик (либо этнические тексты, либо этнические мелодии, либо этнические инструменты), которого требуют от музыки, имеющей право на существование в данной субкультуре.
При такой трактовке понятия, эклектичность оказывается почти что основополагающей характеристикой не народного «фолка», поэтому перечислять названия эклектичных фолк-групп можно очень и очень долго. По некоторым песням в эту категорию можно отнести и «Мельницу», и «Башню Rowan», и «Крыса и Шмендру», «Северные Врата», «Остролист» и, более того, не из фолка, группу «Аквариум» и даже, в некотором роде, «Алису». Разница заключается в самом отношении групп к этой эклектике и, прямо скажем, в ее количестве. В творчестве «Пангур Бан» эклектичность является лейтмотивом. А «южно-американская нотка», если я не ошибаюсь, на сегодняшний день в творчестве других групп вообще не представлена. В наших же мелодиях «индейскость» является стержнем, не только в песнях, где используются традиционные перуанские или эквадорские мотивы, но и в очень многих других. И вообще, очень хочется в дальнейшем ввести в наш состав какие-либо народные индейские инструменты, вроде флейт кены или сампони. Думаю, песни на ирландскую тематику в такой аранжировке должны звучать очень забавно ;)
«Punk-urban» появился как каламбур с нашей собственной подачи. Просто кое-кто уже успел воспринять его, к нашему долгому непрекращающемуся восторгу ;), всерьез.
Рассказываете ли вы на концертах предыстории своих песен, разъясняете ли аллюзии, которые встречаются в ваших текстах? Или рассчитываете на эрудицию аудитории?
Иногда я просто привожу название легенды («вербальную сноску»), так как в текстах мало реальных лексических отсылок на место и время (из серии имен, «конунгов- викингов-драккаров» и т.д.). Иногда вкратце пересказываю содержание легенды, по мотивам которой написана песня – так, песня «Этайн» в подобной интерпретации – это монолог бессмертного существа, практически бога, влюбленного в смертную женщину. Однако, насколько я понимаю, для тех, кто с легендой незнаком вовсе – это слабое подспорье, а те, кто знает ее и помнит ее, в комментариях не особенно нуждаются. Кому-то поможет кеннинг, кому-то сама ситуация, обрисованная в песне, для кого-то ключом к песне «Тристан и Изольда» станет фраза «жена короля Корнуолльской земли». Но, возможно, именно эта «недосказанность» возбудит в ком-то интерес обратиться к «источнику».
Дайрин, я правильно поняла по некоторым оговоркам в Вашем пресс-релизе, что Вы – филолог? По Вашим текстам это тоже некоторым образом чувствуется… Не расскажете ли немного, как они у Вас рождаются? У Вас в текстах довольно много звукописи, аллитераций, структура текстов часто напоминает заклинания. (Например, из Вашей песни «Имя ее»: «Резок сегодня вечером ветер, / Блеск очага на опущенных веках… / Старый король / В каменном сне / В белом саване снега») Что рождается раньше, стихи или музыка? Или и то и другое приходит одновременно?
Каюсь, да. Филолог. Но не думала, что это так заметно ;) В своих текстах, скажем так, на «исторические» сюжеты, действительно, стараюсь придерживаться «исторических» приемов, характерных для ранней скандинавской или же ирландской поэзии. В текстах «лирических», «личных» эта цель отступает на второй план – здесь для меня важнее всего передать «атмосферу», «настроение», ту «картинку», которая живет в моем сознании. Строка «резок сегодня вечером ветер» - прямая цитата перевода одного древнеирландского стихотворения:
«Резок сегодня вечером ветер
Он вздымает белые волосы океана
Сегодня я не боюсь страшных воинов Норвегии,
Плывущих по бурному морю»…
Однако, эта тема полностью получила развитие в песне «Краснобокие суда». Схожесть же моих текстов с заклинаниями, видимо, объясняется их «монологичностью», повествованием «от первого лица».
Трудно сказать, что же рождается раньше – стихи или музыка, скорее всего, это происходит так: сначала во мне возникает образ какого-либо близкого мне по духу персонажа, персонажа, которого я бы могла «сыграть», как театральную роль. Слова приходят урывками, целыми блоками фраз, вместе с первоначальным, как правило, потом забракованным, вариантом мелодии. Мелодия рождается уже тогда, когда я сажусь за гитару. В том случае, когда текст пишется на уже существующую народную мелодию – такую, как «Ллин Бала», «Жертва», «Теночтитлан» - я бессчетное количество раз прослушиваю ее в оригинале, пытаясь уловить скрытый в мелодии смысл.
Немного по конкретным песням. Песня «Три оттенка» - это Ваша интерпретация ирландской легенды о Дейрдре? Или есть какие-то иные источники у обыгрываемого Вами «триколора»?
Да, это моя интерпретация легенды об «Изгнании сыновей Уснеха». Очень приятно видеть свидетельства тому, что песня получилась «понимабельной» =) И еще приятней, что она понятна без имен и названий – это-то подчас и является моей сверхзадачей. Забавно иногда играть со слушателем в загадки и ассоциации.
Хотелось спросить насчет песни «Ллин Бала». Название, явно, валлийское. Это какая-то существующая легенда? Или это Ваша собственная, с привлечением валлийского колорита?
На самом деле, песня об озере Ллин Бала – к сожалению, не помню другого его названия, более известного и отмеченного на картах Уэльса, кажется Llyn y Fan Fach – это синтез трех разных легенд. Одна из них – легенда о гибели бретонского города Ис. Две другие повествуют о гибели одного и того же города, но варианты сильно отличаются друг от друга. В одном из них во время нечестивой свадьбы королевского сына в пиршественный зал влетает дрозд и человеческим голосом говорит о «грядущей мести». Никто не обращает на это внимания и город исчезает под водой, на его месте образуется озеро. По другой версии, в нечестивый город на праздник приходит странствующий арфист, играет всю ночь, засыпает, а по утру просыпается на берегу неизвестно откуда взявшегося озера, которое на волнах выносит ему его арфу. Из-под воды слышится колокольный звон, и арфист понимает, что Провидение, покаравшее жителей города, пощадило его, истинного музыканта с чистым сердцем.
Для меня эти три легенды слились в одну – в песне присутствует и мотив вероломной возлюбленной (как в легенде о городе Ис), и мотив королевской свадьбы, и мотив чистого сердцем арфиста, влюбленного в королевскую невесту, предавшую его. К сожалению, очень часто и в жизни «люди искусства» по-настоящему повенчаны лишь с делом своей жизни, а не с каким-либо конкретным человеком.
В Ваших текстах присутствуют ирландские, валлийские, скандинавские, индейские мотивы. Есть ли у вас ближайшие планы по расширению «географии» своих песен? Дима Савицкий, например, у вас в группе Японией увлекается… ;)
К Японии отношусь трепетно, но «дистанцированно», поэтому обратиться к японской культуре не могу – не дышу ее воздухом. Если это сделает сам Дима – буду рада. На данный момент в репертуар группы входят далеко не все мои песни, и, я думаю, впереди у меня еще очень много, даст Бог, ненаписанных. Из того, что уже «есть в природе» неирладского, неиндейского и нескандинавского – переложение урумской сказки об Арзы и Гамбере (урумы – тюркоязычные греки Приазовья), крымско-татарская аллюзия на легенду о Джаныке, дочери Тохтамыша, и некоторые другие песни с этнической спицификой.
Вообще, интересно было бы развить эту «тюрскскую» тему в творчестве группы. Мы планируем когда-нибудь взяться за несколько аутентичных урумских песен, собранных во время лингвистических экспедиций в Приазовье. Урумский язык на данной стадии находится в категории сильно «угрожаемых» языков, поэтому мне бы очень хотелось, чтобы он зазвучал хотя бы со сцены. Это было бы уже «чистым» фолком, благо материала для подражания предостаточно – взять хотя бы записи Старокрымского урумского ансамбля «Биртайфа».
Какова роль мифологии, легенд, сказок в наш современный век, на Ваш взгляд? И какие, Вы считаете, перспективы у современного всплеска интереса к фолку?
Ни одно общество не может обойтись без какой бы то ни было мифологии, однако мифология современного мира очень сильно отличается от мифологии культур традиционного типа. Есть, очевидно, и в наши дни тот тип людей, которому ближе и роднее мифология прежних времен и прежних народов. Сказки и легенды нашего времени не могут не вызывать интерес, но настоящую ценность, как мне кажется, представляют те легенды, мифы и сказки, которые уже «сошли со сцены», потому что, по большому счету, как только мы забываем легенду, она умирает. В общем, «во имя Проппа всемогущего, аминь!» ;))
Честно говоря, я подозреваю, что, как и многие другие культурные явления, нынешний интерес к фолку – всего лишь очередной виток спирали. Цикличность интереса к историческим корням своего народа, а теперь – историческим корням своего континента – глобализм, что поделать! – очень наглядно иллюстрируется тем, что многие современные фолкеры обращаются к творчеству поэтов Серебряного века. Гумилев, как ни забавно бы это прозвучало, пошел нарасхват ;)
Есть ли какие-то фолк-коллективы на нашей сцене, которые вы любите, / уважаете, / или может, преемственность к которым вы ощущаете? Вообще каково быть молодым коллективом, играющим в стиле, популярность которого заметно возрастает у широких масс (если судить, скажем, по успеху группы «Мельница» на «Нашем Радио»)?
Если я скажу, что была поражена и восхищена, когда впервые услышала записи песен «Мельницы» - боюсь, меня, как уже было не раз, обвинят в «подражательстве». Однако, моим основным ощущением в тот момент было «Боже, неужели еще кто-то пишет песни подобного содержания?» Я, к сожалению, относительно поздно столкнулась с творчеством «Мельницы», и поначалу песни Хелависы показались мне удивительно созвучными с уже написанными на тот момент моими собственными.
Строчка «где твои белые птицы, Энгус» из «Черного Самайна» «Башни Rowan» очень сильно помогла мне в свое время, подсказав саму возможность существования аллюзии на эпический текст в песне. До этого в песнях я все больше творила свою собственную мифологию, теперь же засела за источники.
Мне очень нравятся многие песни Крыса и Шмендры, песни «плаща и шпаги» в творчестве Йовин. С удовольствием «оттягиваюсь» на концертах Reelroadъ, Old Horned Sheep, «Два пенни для леприкона», Celtic City Experience, Drolls и Musica Radicum, ибо неравнодушна к историко-бытовым танцам и народной музыке.
Прямую преемственность ощущаю разве только что к Лорене МакКеннит, так как пела поначалу, пытаясь подражать именно ей. Так же, по самому взгляду на жизнь, мне очень близок Hagalaz с их текстами на сюжеты скандинавской мифологии.
А вообще, возрастающая популярность направления, к которому нас причисляют, и намного упрощает дело, с одной стороны, и, с другой стороны, подвергает нас опасности быть далеко не уникальными (а этого почему-то хочется). Приспичь нам играть «фолк» лет эдак тридцать назад (ну, чисто гипотетически – нас ведь тогда и на свете-то физически не было) – и я чувствую, нам бы пришлось бесславно сгинуть в подполье, если не хуже. Теперь же мы получили возможность выйти на сцену через три месяца репетиций. Популярность фолка и его относительная невзыскательность, честно говоря, очень облегчает этот путь =)
Где (на каких площадках, в каких городах) вы хотели бы выступить? Насколько я знаю, вы уже играли в Москве и Питере. Аудитория отличается?
Аудитория отличается разительно. Во-первых, тем, что в Питере на наших выступлениях все же присутствует часть людей, знакомых с нами лично, они-то, по большей части, и несут ответственность за создание доброжелательной атмосферы в зале. В Москве же мы практически никому не известны. А москвичи, как мне показалось, имеют бОльшую тенденцию с интересом слушать только то, что им уже известно. Вообще, московская публика ведет себя более свободно во всех отношениях.
А поколесить хочется везде и всюду – просто потому, что гастроли могли бы явиться неплохим поводом съездить на другой конец страны. Очень было бы здорово выступить в Крыму, в Севастополе, на развалинах Херсонесского театра.
Что для Вас и ваших «согруппников» - музыка и концертная деятельность? Есть ли среди Вас те, кто занимается в жизни музыкой и только ей? Интересно было бы немного услышать о вашей «кухне». Как проходят репетиции, где и как часто; как рождаются аранжировки Ваших песен; где и как Вы занимаетесь вокалом…
На какую-то долю, для нас это факт биографии - из серии «будет что в старости вспомнить, что внукам рассказать». Пока концерт – это знаменательное событие, приключение, почти подвиг, сопряженный с авральным режимом репетиций. Думаю, если все пойдет хорошо, мы к этому привыкнем и оно станет для нас образом жизни. На сегодняшний момент это то, что помогает нам выйти за рамки повседневности. Все мы либо учимся, либо работаем, либо работаем и учимся – музыка нас выносит на новый уровень другого, более захватывающего и достойного времяпрепровождения на планете Земля ;)
Из профессиональных музыкантов у нас только Юлия Бондаренко, остальные – «остряки-самоучки». Играем с привлечением скорее «природного чутья», нежели знания композиции и других музыкальных законов. Наш гитарист Дима немного разбирается в теории, я когда-то училась в музыкальной школе на театральном отделении, в программу которого входили уроки фортепиано, у Лени-басиста – приличный по нашим меркам опыт работы в группах – но это не главное. У Кости природный талант композитора и абсолютный музыкальный слух – он запросто «снимает» различные экземпляры «кельтской гитары» с кассет с точностью до последней ноты.
Процесс работы над новой песней начинается с ритм-гитары – гитарист заучивает придуманную мной партию, совершенствует ее, далее подключается бас. Этот простенький набросок с голосом записывается и дается на проработку флейтисту и скрипачке. Затем уже играем все вместе, чтобы понять, насколько хорошо сочетаются партии голоса и двух солирующих инструментов. Кому-то этот способ может показаться странным, для нас же он наиболее удобен.
Репетируем при удачном стечении обстоятельств два раза в неделю, бывает и больше. Как правило, сидим друг у друга по квартирам – из электро-инструментов у нас только бас, это на дому не смертельно. Ударника нет, поэтому ударная установка не требуется. Иногда перед концертом снимаем репетиционную точку на ночь для того, чтобы поработать над звуком и соотнести громкость звучания всех инструментов так, как это должно быть на концерте.
Вокалом я никогда толком не занималась – думаю, это заметно. Просто по жизни очень много пою – выполняю ли какую-либо работу по дому, иду ли по улице, охотно пою под гитару в любой компании. Всегда старалась овладеть приемами тех вокалистов, которые мне нравятся – как мужчин, так и женщин. Пытаюсь копировать специфические народные манеры пения. То, что получилось в итоге – смесь всего услышанного мною.
И вопрос, без которого не обойтись. Ваши творческие планы? Не думаете ли о записи альбома, хотя бы в виде демо, чтобы больше людей могли познакомиться с вашим творчеством?
И желаю вашему коллективу удачи и успехов, долгих и плодотворных лет творческой жизни :)
Спасибо большое за пожелания, думаю, удача и долгие плодотворные годы творческой жизни нам не помешают ;)
О записи альбома мы, конечно, подумываем, но пока у нас не так много возможностей для этого. Да и звучание группы нуждается в шлифовке – мы ведь не слишком давно играем вместе.
Демо-записи, я думаю, мы в ближайшее своими силами сделаем и вывесим в сети – это, в конце концов, не так сложно. Все новое, что у нас появляется, прежде всего обретается в ЖЖ на pangur_ban_band, а также на sakuraconcert, за что sakuraconcert огромное спасибо :)
Интервью с Дайрин вела Алена Гаспарян
Обсудить на форуме
Эксклюзивно для ShadeLynxRu. Любое использование и воспроизведение материала запрещено без согласования с администрацией портала. |
